Исследуются представления о семантических бинарных комплексах в российской антропологической лингвистике (лингвокультурологии) и описываются противосмыслы (антиконцепты) высшего уровня абстрактности «несчастье», «несправедливость» и «неблагодарность», которым пока что должного внимания не уделялось. Отмечается отсутствие единства мнений относительно сущности противопоставления членов бинома и относительно понимания смысла и противосмысла, где существуют две основных точки зрения: 1) антиконцепт противостоит концепту по любому признаку; 2) в основе противопоставленности концепта и антиконцепта лежит исключительно аксиологический признак. Также устанавливается, что наиболее значимым отличием несчастья от счастья выступает бόльшая конкретность первого, которая на языковом уровне проявляется в способности лексемы «несчастье» принимать форму множественного числа, невозможную для счастья. Если справедливость – образец абстрактной категории, то её «антипод» – несправедливость вполне конкретна: это некоторое положение вещей. Психологически несправедливость опереждает по времени формирования справедливость и, если для абстрактного имени «справедливость» множественное число – это отклонение от нормы, то о конкретности имени «несправедливость» свидетельствует легкость, с которой оно принимает форму множественного числа. «Номинативная плотность» лексических показателей благодарности не особо велика, но она, безусловно, имеет место. В то же самое время неблагодарность никаких других средств выражения кроме производных от основы «неблагодарн-» не имеет. В семантике неблагодарности столько же, если не больше, характеристик, не связанных с общими с благодарностью антонимическими признаками. Таким образом, можно утверждать, что в психологическом плане формирование оппозитивных пар концептов высшего уровня начинается с более конкретного отрицательного противочлена, в то же самое время номинативная плотность средств выражения антиконцепта необязательно превышает номинативную плотность концепта.
The author examines the notions of semantic binary complexes in Russian anthropological linguistics (linguoculturology) and counter-meanings (anti-concepts) of the highest level of abstractness “unhappiness”, “injustice” and “ungratefulness.” These notions have not yet been given due attention. There is a lack of unity of opinion regarding the essence of the contrasting members of the binomial and regarding the understanding of meaning and antithesis, where there are two main points of view: 1) the anti-concept opposes the concept on any basis; 2) the basis of the opposition of the concept and the anti-concept is exclusively an axiological feature. It is also established that the most significant difference between unhappiness and happiness is the greater specificity of the first, which at the linguistic level is manifested in the ability of the lexeme “neschastje” to take a plural form, which is impossible for “schastje”. If justice is an example of an abstract category, then its “antipode” – injustice is quite concrete: this is a certain state of affairs. Psychologically, injustice is ahead of justice in time of formation, and if for the abstract name “spravedlivost” the plural is a deviation from the norm, then the concreteness of the name “nespravedlivost” is evidenced by the ease with which it takes the form of the plural. The “nominative density” of lexical indicators of gratitude is not particularly high, but it certainly takes place. At the same time, ingratitude has no other means of expression other than those derived from the stem “nespravedliv-“. In the semantics of ingratitude, there are just as many, if not more, characteristics that are not associated with antonymic features common with gratitude. Thus, it can be argued that, psychologically, the formation of opposing pairs of higher-level concepts begins with a more specific negative counterterm, at the same time, the nominative density of the means of expressing the anti-concept does not necessarily exceed the nominative density of the concept.