Настоящая статья посвящена исследованию ряда русских фразеологизмов, их связи с историей и культурными реалиями того или иного времени, с социально-национальной средой, в которой они формировались. В центре внимания автора находятся собственно русские по происхождению фразеологизмы, составляющие ядро русской фразеологической системы и обладающие ярко выраженной национально-культурной спецификой. Особенно детально рассматриваются фразеологизмы, утратившие связь между внутренней формой и значением. Автор систематизировал и обобщил представленные в лексикографических источниках сведения об их происхождении и функционировании. Предложенная автором тематическая классификация собственно русских фразеологических единиц базируется на выявлении их доминантных признаков. В качестве отдельной группы в составе идиоматических выражений рассматриваются фразеологизмы-топонимы, ярко репрезентирующие взаимосвязь языка и действительности. Данная группа фразеологических единиц представляет собой, по мнению автора, богатый материал для лингвокультурного анализа. Работа имеет как теоретическое, так и практическое значение Результаты исследования могут быть использованы в преподавании русского языка как инославянского.
This article is devoted to the study of a number of Russian phraseological units and their relation to the history and cultural realities of a particular time, as well as the social and national environment in which they were formed. The author focuses on the actual Russian phraseologisms by their origin, which make up the core of Russian phraseological system and display distinct national and cultural identity. The author gives special attention to the idioms which have lost relation between the inner form and meaning. The author systematized and summarized information presented in lexicographical sources about their origin and functioning. The thematic classification of actual Russian phraseological units proposed by the author is based on the identification of their dominant features. As a separate group of idiomatic expressions, the author considers phraseological toponyms which brightly represent the relationship between language and reality. According to the author, the given group of phraseological units represents rich material for linguocultural analysis. The paper has both theoretical and practical significance. The results of the study can be used in teaching the Russian language as a second Slavic language.